Журнал о городе, людях, культуре и саморазвитии
фельдшер
с татуировками
Яна Райн
Тебя всегда привлекала медицина?
— До 9-го класса я даже не знала, кем хочу быть. Думала, что уйду в творческую профессию, постоянно искала себя. В некоторой степени к медицине меня подтолкнула семья. Сейчас понимаю, что это было правильным решением – я влюблена в свою работу.

Где ты училась после окончания школы?
— В медицинском колледже имени Н. М. Амосова. Я рассчитывала, что прием будет по результатам ЕГЭ, на которые и делала уклон, но состоялся конкурс аттестатов. Если бы не сформировали дополнительные места, могла бы и не пройти. В конечном итоге поступила на «лечебное дело» и вышла с красным дипломом.

Ты не поступила бы в колледж, если бы не донабор, при этом – красный диплом?
— Поступление в новое учебное заведение – это шанс начать с чистого листа. С первого курса начала усердно учиться. Хотела, чтобы медицина стала моей профессией, в которой бы я была максимально подкованной.
Почему именно фельдшер?
— Мне нравится экстренная специфика работы. Ты всегда готов и никогда не знаешь, куда едешь. Главное, что к кому-то на помощь.

Ты рано начала работать?
— Да, как только появилась возможность. Со второго курса работала в реанимационном отделении Вологодской областной больницы №2. Как только получила диплом, ушла на скорую помощь фельдшером.

Помнишь свой первый выезд?
— Попала сразу на травматический шок – у пострадавшего мужчины был термический ожог нижних конечностей. Состояние тяжелое.

Когда происходит несчастный случай, что ты чувствуешь?
— В такие моменты не до собственных ощущений, для меня главное – правильно среагировать. На глазах сотрудников скорой помощи разворачивается много драм. Хорошо помню один вызов. Поздний вечер, общежитие с маленькими комнатушками, семья – папа, мама, дочь лет шести. Отец болен. Говорим, что состояние тяжелое, и нужно срочно в больницу. Все согласны, кроме дочери – не хочет, чтобы папа уезжал ночью. Она еще не понимает, что к чему. Но ехать надо. Ребенок отворачивается к стене. Глубокая детская обида. Отец собирается, и мы уже в машине. И тут ты понимаешь, что, скорее всего, он домой не вернется. Возможно, они видели друг друга в последний раз.

Грустная история. Цинизм присущ этой профессии?
— Выгорание, скорее. Молодые специалисты всегда приходят заинтересованными, воодушевленными, с желанием помогать – без этого стремления и учиться-то нет никакого смысла. Есть ряд других специальностей для тех, кто просто не знал, куда поступить. Другой вопрос, в каких условиях врачи приобретают тот же самый цинизм.

В каких?
— Медицину приравняли к сфере услуг.

Что ты имеешь в виду?
— Предвзятое, потребительское отношение в первую очередь. Много информации черпают из СМИ, Интернета, но не умеют ею пользоваться и выбирать достоверные источники. Бывает, вызвали скорую в первый раз, но заранее агрессивно настроены, потому что от соседки слышали, что никто никому помогать не хочет. Зачем тогда вызывали?

Как ты ведешь себя в таких ситуациях?
— На конфликт никогда не иду. Не только из этических соображений, но и потому что бесполезно. На самом деле благодарных людей большинство – они и поддерживают в нас этот огонь.

Расскажи про состав скорой помощи. Кто находится в машине, которая выезжает на вызов?
— Есть линейные бригады – общепрофильные, и специализированные – профильные. Первые выезжают на все вызовы, в их составе два фельдшера. А вторые бригады могут быть реанимационными – доктор-реаниматолог и медсестры-анестезисты; педиатрическими – врач-педиатр и фельдшер; врачебными – врач и фельдшер, а также усиленными врачебными – врач и два фельдшера. Все бригады сопровождает водитель.

А к какой бригаде относишься ты?
— К линейной, но беру подработки в педиатрической – езжу к детишкам.

Много работаешь?
— Стараюсь брать максимум, доступный мне – работаю сутки через сутки, зависит от количества часов в месяц. Я получаю удовольствие от работы, да и сказывается на зарплате, что тоже важно.
Тебя устраивает зарплата?
— Если читать СМИ, то наш доход явно преувеличен. Я просто проводила опрос в своем блоге, и результаты показали, что все получают меньше, чем пишут в газете. У каждого своя правда. Если вырабатывать по максимуму, брать все смены на две ставки, то да, зарплата хорошая. А если сутки через трое, то, на мой взгляд, этого не достаточно. Уровень дохода зависит от места работы, должности, квалификации и категории, поэтому всегда есть возможность повышать его в будущем.

Расскажи о своем блоге. Как пришла идея его создать?
— Давно хотела стать блогером, но не знала, о чем рассказывать. А потом поняла, что санпросветработа в обществе страдает. Решила рассказывать о медицине, чтобы в экстренных ситуациях люди знали, что делать, а не подвергались панике. Еще одной целью было желание поднять уровень медицинских работников в сознании граждан.

Все тексты пишешь сама?
— Конечно. Первые несколько месяцев на написание постов уходило много времени, а сейчас сложнее найти тему, которую будешь освещать. К слову, всегда пользуюсь медицинской литературой, никакой отсебятины, вся информация достоверна. Главный принцип – не навредить.

Каждый твой пост находит отклик в комментариях – подписчики консультируются и задают вопросы, благодарят.
— Да, учитывая то, что я практически не выкладываю свои личные фотографии. Это всегда или природа, или нечто на медицинскую тематику, или запечатленная эстетика окружающего. Активность аудитории высока – читающие, заинтересованные люди. Это не может не радовать.

Было непросто?
— Первое время на блог уходило более трех-четырех часов в день. Сейчас меньше.

Стало легче, когда удалось сформировать свою аудиторию?
— Да, а также продумать собственный формат, визуализацию. Но если в начале пути это ответственность перед собой, то сейчас она трансформировалась в ответственность перед читателями. Подписчиков много, и каждый день приходится генерировать новый контент.

Прочла у тебя в одном посте про бахилы. Что за история?
— Мы такая же экстренная служба, как полиция или пожарные – они ведь не надевают бахилы. Ковры всегда можно свернуть, на пол что-нибудь постелить или просто вымыть сразу после ухода сотрудников. Если на вызове просят надеть бахилы – скорее всего, нет ничего серьезного. Потому что в экстренных ситуациях здоровье важнее пола. Не до чистоты.
Решила рассказывать о медицине, чтобы в экстренных ситуациях люди знали, что
делать, а не подвергались панике.
К тебе часто обращаются с предложениями о сотрудничестве?
— Я стараюсь соглашаться только на предложения из медицинской сферы. Чаще всего отказываю. Рекомендовать своей аудитории то, что мне не нравится и в чем я не уверена, не буду. Репутация и доверие важнее.

А что еще тебе нравится?
— Велосипед – мои вторые ноги. Занималась конным спортом, сейчас сделала перерыв – не хватает времени. Хожу на тренировки в фитнес-клуб. Стараюсь не забыть о своих творческих увлечениях – рисую, играю на пианино. Ну и татуировки. Думаю, об этом несложно догадаться. (Смеется.)

Кстати, о татуировках. Как на них реагируют, особенно старшее поколение?
— В последнее время общество толерантно относится к татуировкам. Иногда встретишь бабушку, которая внезапно похвалит «красивые рисунки». Но не всегда так, поэтому все же стараюсь скрывать их под формой. А сама считаю, что если человек вызывает скорую, то ему важнее все-таки получить помощь, а осуждать внешний вид – последнее дело.

Они что-то символизируют или это просто рисунки?
— Они все со смыслом. Я стараюсь их визуализировать, здесь нет картинки из Интернета. Каждую татуировку мы создавали вместе с мастером, у нее художественное образование. Я приношу идею, рисую то, что хочу, а она доводит до идеала. Предлагает варианты, как улучшить эскиз с эстетической точки зрения.

Расскажи о некоторых.
— На левой руке изображено сердце со щупальцами осьминога и ракушка – это о моей любви к медицине и водным просторам. Есть и пионы – любимые цветы. Кит мне просто однажды приснился: он плыл такой большой и спокойный, впечатлил. Ну а на правой руке у меня тоже пионы, мотылек, папоротник, лаванда, кристаллы и кот удачи – тоже с кристаллом сидит, держит в лапках. Мне близка такая тематика и растения, а вот надписи не нравятся.

Вижу у тебя созвездие.
— Да, это роза ветров и Млечный Путь. Вместе с изображением кита они означают поиск себя. Кит плывет по Млечному Пути, а роза ветров его направляет.

А на ногах?
— Смотри, это двухголовая змея с цветами – одна голова живая, а вторая мертвая. Для меня это символ двуличия. У каждого человека есть два я – одно он являет миру, а другое скрывает в себе. Есть два японских журавля, летящих к красному месяцу. А здесь – дракон из мультфильма Хаяо Миядзаки «Унесенная призраками». Его зовут Хаку – хранитель рек. Отчасти эта идея навеяна
историей моей фамилии, которую я придумала – она имеет отсылку к водной стихии.

Райн не псевдоним?
— Нет, в 20 лет я поменяла фамилию.

Как отнеслись родители?
— Мама поддержала.
На глазах сотрудников скорой помощи
разворачивается много драм.
Ты ставишь себе цели или планировать заранее – не твое?
— У меня есть ежедневник, в котором я расписываю цели на год. Саморазвитие для меня в приоритете, всегда стараюсь пройти какие-нибудь курсы, попробовать себя в новом деле.

Например?
— Проходила курсы массажа, нейл-мастера. В этом году попробовала себя в конном спорте. В Усадьбе Гальских можно научиться обращаться с этими невероятно умными животными. Сначала тебя всему обучают, а потом ты сам кормишь лошадь, чистишь, седлаешь.

Тебя, наверное, общение с лошадьми умиротворяет после рабочих будней?
— Да, заряжает энергией. У каждой свой характер, повадки – это интересно. Такие увлечения помогают нивелировать стресс, который копит наша непростая работа.

Что еще есть в твоем ежедневнике на этот год?
— Сходить на несколько концертов, набить татуировку, развивать блог – расширить аудиторию. Ну и различные варианты саморазвития.

Какую музыку ты слушаешь?
— Я меломан, под настроение.

А на чей концерт сходила бы?
— На Макса Коржа.

Что для тебя важно в людях?
— Прямолинейность, честность. Не каждого человека подпущу к себе близко. Мой круг общения не слишком большой, но я точно знаю, что на каждого могу опереться. Как говорится, не имей сто друзей…

Качества, которые не приемлешь?
— Пафос и гордыню, высокомерие.

Ты веришь в судьбу?
— Да, я фаталист. Если что-то случилось, значит, так должно было быть.
Разве человек, который верит в то, что все предопределено, не лишает себя возможности действовать, взяв жизнь в свои руки?
— Думаю, нет. В моем понимании это не значит, что нужно пускать жизнь на самотек, мы сами за нее в ответе. Всегда есть широкое поле для саморазвития, ты же стремишься достичь большего. Мне очень нравится цитата из «Анны Карениной»: «Лучше сокрушаться о содеянном, чем сожалеть об упущенном». А что касается людей, которые не делают совсем ничего и пеняют на судьбу – это не фаталисты, а диванные жители. Не могу сказать, что делаю какие-то невероятные вещи, но я люблю ценить момент – беру от него все и стараюсь так проживать каждый день.

Ты упоминала, что даже не думаешь о переезде. Чем тебя покорил Череповец?
— Он такой маленький, уютный, индустриальный – в этом его сила. Мне нравится, что здесь есть заводы. Большинству – наоборот, так как воздух и экология влияют на здоровье, но ведь это наш дом – город-завод. Здорово, когда есть чем гордиться. Здесь своя атмосфера.

Ты любишь читать?
— В последнее время только медицинскую литературу, художественную после колледжа стала воспринимать иначе.

Что ты имеешь в виду?
— В книге по медицине все четко, структурированно и понятно. При этом мне обязательно нужно подчеркивать важную информацию, чтобы я могла открыть на любой странице и сориентироваться, о чем там. А художественная литература – это полет фантазии. Хотя, наверное, стоит тренировать воображение, чтобы совсем его не потерять. (Смеется.)

А если вспомнить период «до», какую книгу можешь назвать любимой?
— «Лолита» Набокова. Мне нравится его глубокий слог, замысловатые эпитеты, то, как ему удается описать события, персонажей, быт – влюбилась с первых строк. Еще «Легкое дыхание» Бунина, «Гранатовый браслет» Куприна.

Что объединяет эти произведения?
— Лирический образ главной героини, который мне близок. Про каждую из них можно сказать – сама себе на уме. Свободная, простая, глубокая.
Интервью: Ирина Любимова
Фото: Дмитрий Юрин